Владимир Воробей: Я давно не хожу в кино
Культура и шоубиз 13 апреля 2015, 14:32
Владимир Воробей, исполнитель главной роли в фильме «Три с половиной дня из жизни Ивана Семёнова, второклассника и второгодника»

Владимир Воробей известен как исполнитель главной роли в фильме «Три с половиной дня из жизни Ивана Семёнова, второклассника и второгодника». Сейчас он занимает пост директора Пермского дворца культуры имени Солдатова. «Пермской трибуне» Воробей рассказал, почему не чувствует себя актёром, не любит ходить в кино, и признался, что не считает роль Ивана Семёнова лучшей в своей кинокарьере.

— Владимир Вацлавович, вас неизменно ассоциируют с исполнителем роли Ивана Семёнова. Какой отпечаток этот фильм наложил на вашу жизнь?

— Конечно, участие в этом фильме повлияло на мою жизнь. Благодаря ему я с детства погрузился в мир искусства. Как видите, я до сих пор работаю в сфере культуры — сейчас являюсь директором дворца культуры имени Солдатова. После «Ивана Семёнова» я снялся ещё в ряде фильмов. Наверное, мог и продолжить карьеру киноактёра, но не сложилось, что, может, и к лучшему.

— То есть сейчас вы себя актёром не считаете и не чувствуете?

— Сейчас я уже не актёр, я — администратор. Я давно не выходил на сцену, да и желания особого нет, всему своё время. В молодости я был хорошим актёром, был более податливым. Актёр — это же, прежде всего, пластилин в руках режиссёра.

Вообще я не считаю роль Ивана Семёнова лучшей в своей кинокарьере. Играть Семёнова было очень легко, всё было естественно — я как чувствовал, так и делал. Он был таким же школьником, как и я, ну я получше учился, чем он, а фантазии хватало, как и у него, поэтому напрягаться не приходилось. Это не было для меня работой, в отличие от всех последующих фильмов.

На мой взгляд, как актёр я раскрылся в фильме «Ташкент — город хлебный» (1967). Года два назад я ездил в Ташкент на юбилей режиссёра этого фильма Шухрата Аббасова. И он мне сказал, что фильм вышел на экран во многом благодаря мне. Сначала он попал под запрет, но его удалось отстоять, так как тогдашний председатель Госкино сказал: «Этого мальчика должен увидеть Советский Союз». Тогда фильм, конечно, изрядно исковеркали, из двух серий оставили одну, но она всё же вышла.

В «Ташкенте» мне пришлось играть парнишку, отягощённого проблемами, который думал, как выжить, как спасти семью от голодной смерти, как самому спастись во всех этих перипетиях гражданской войны. Я не понимал, как так он постоянно хочет есть, потому что я не испытывал этого.

— То есть вы не чувствуете себя заложником роли Ивана Семёнова?

— В Перми, может быть, да. А в Ташкенте, например, вообще никто не знает, что это за кино. А «Ташкент — город хлебный» у них национальный фильм. Я пришёл на рынок, и там меня узнавали, говорили: «О, Мишка Додонов идёт».

— Тем не менее «Иван Семёнов» — знаковый фильм для Перми. Почему после него не удалось снять у нас такое же масштабное кино?

— Тогда в одном месте в одно время собрались талантливые люди. Прежде всего, автор книги Лев Давыдычев, который написал сценарий, и молодой режиссёр Константин Березовский, созданный именно для таких детских игровых фильмов. Это был первый фильм в Перми, был драйв.

Сейчас же всё больше завязано на деньги. Ведь «Ивана Семёнова» вообще сняли за гроши, практически никто там деньги не получал. А сейчас за сценарий фильма просят по 5 млн руб. У средненьких, посредственных фильмов бюджеты по 100 млн руб.

— Как вы в целом оцениваете состояние российского кинематографа? Нравится ли вам современное кино?

— Честно говоря, я давно не хожу в кино. Иногда смотрю фильмы по телевидению. Я не могу сказать, что российский кинематограф сейчас переживает расцвет. Он был в 1970–1980-е годы, когда снимали по сто фильмов в год и среди них были в том числе и шедевры. Тогда работали великие режиссёры — Сергей Бондарчук, Андрей Тарковский.

Может быть, большое видится на расстоянии, и время покажет. Возможно, уже скоро начнётся подъём после того развала, который произошёл в 1990-е. Тогда американское кино хлынуло на наши экраны и всё вокруг поглотило, как бургеры. Но мы ещё нескоро сможем составить ему достойную конкуренцию. Голливуд может потратить миллиарды долларов на производство фильма, а мы не можем. Естественно, что пока есть такая разница в бюджетах фильмов, будет и разница в конечном результате. Но талантливые люди у нас есть, кинопромышленность начинает просыпаться, появляются хорошие фильмы, но, к сожалению, их не так много.

— А вы смотрели «Трудно быть богом», «Левиафан», «Географ глобус пропил»?

— Нет. И даже как-то не хочется. Мне хватает культурной жизни в нашем дворце Солдатова. Если что-то и смотрю, то выборочно. Я как-то увидел отрывок «Географа» по телевизору, посмотрел немного, но мне стало неинтересно, и я выключил.

— Сериалы тоже не смотрите?

— Нет. Это для тех, у кого времени много, а я не могу себе этого позволить. Это для домохозяек, которые каждый вечер могут смотреть продолжение сериала. А я частенько прихожу с работы после 22:00. Какой смысл посмотреть первую серию, а потом несколько пропустить? Но могу сказать, что специально освободил вечера и с удовольствием посмотрел «Оттепель». Потому что это сериал о том, как снималось кино, а поскольку я сам «крутился» в этой сфере, мне было интересно посмотреть. Могу подтвердить, что всё показано достаточно правдиво.

— Как вы относитесь к массовому кино?

— Кино — это в первую очередь массовое искусство. Если взять любой фильм Тарковского, посадить тысячу человек в зал, сколько из них досмотрят фильм до конца? Я ходил на его фильм «Зеркало», посмотрел его полностью и с удовольствием, но при этом люди из зала выходили «пачками». Они не поняли, о чём и для чего этот фильм, хотя он гениальный. Это элитарное кино, но массовое тоже должно быть.

— Есть у вас фильм, к которому вы мысленно возвращаетесь время от времени?

— Ничего такого не приходит сразу в голову. Но я могу по несколько раз с удовольствием смотреть комедии Гайдая. И «Операцию Ы», и «Самогонщики», и «Пёс Барбос и необычный кросс», и «Бриллиантовую руку». Я смотрел их десятки раз, но каждый раз с удовольствием.

Беседовала Юлия Усольцева

В Перми у пассажирки автобуса № 66 изъяли 50 грамм героина
ЧП и криминал 13 апреля 2015, 14:31

Наркополицейские изъяли 50 грамм героина у пассажирки автобуса № 66. Девушка помогла оперативникам раскрыть сеть сбыта наркотика. 

Накануне сотрудники ФСКН провели спецоперацию в автобусе № 66, в ходе которой была задержана девушка. При обыске наркополицейские обнаружили в ее сумочке 50 грамм героина.

В ходе дальнейшей разработки оперативники задержали уроженца Азербайджана, который сбывал изъятый героин, и уроженца Таджикистана, являющегося поставщиком наркотиков. 

По факту преступления возбуждено уголовное дело по ст. 228.1 Уголовного кодекса РФ. Также установлена причастность уроженца Таджикистана к другому уголовному делу, следы пальцев рук мужчины обнаружены на фасовочном материале ранее изъятого свёртка с героином. Ведется следствие.

Источник: ФСКН по Пермскому краю.

Чиновники не будут убирать скандальное граффити «Распятый Гагарин»
Культура и шоубиз 13 апреля 2015, 14:30

В администрации Ленинского района Перми корреспонденту «В курсе.ру» сообщили что не планируют удалять скандальное граффити со стены дома по улице Советской.

«Представители власти — не художественная коллегия, которая принимает решение о ценности того или иного изображения, и не могут являться цензором для современного искусства. Жильцы дома как собственники общедомового имущества вправе сами решить судьбу изображения: убрать, оставить или нарисовать что-либо другое по своему усмотрению», — отметили в администрации района.

Тем временем полиция продолжает проверку по факту появления граффити с распятым космонавтом. По ее итогам будет дана правовая оценка действиям художника.

Скандальное изображение появилось на стене дома по улице Советской в Перми 12 апреля. В этот день православные христиане отмечали Пасху. Также 12 апреля отмечается день космонавтики.

Изображение человека в скафандре, распятого на кресте подобно каноническому изображению Иисуса, вызвало волну негодований среди жителей города и не только. Пользователи соцсетей по всей стране активно обсуждали это изображение. Многие осудили провокационную работу пермского художника и высказали предложение привлечь автора к ответствености.

Депутат Пермской городской думы Юрий Уткин на своей странице в Facebook выразил возмущение: «Эта работа оскорбила не только меня, но и многих жителей Перми. Несмотря на то, что я нахожусь в отпуске, мне поступило много звонков с жалобами. Если внимательно изучить Уголовный кодекс, то станет понятно, что это нарушение общественного порядка. Как говорится, диагноз должны назвать полицейские: если это нарушение — значит нарушение, если нет, то нет».

Сам же автор в беседе с корреспондентом «В курсе.ру» заявил, что ни в коем случае не хотел оскорбить чувства верующих, а напротив, ставил своей целью развитие и укрепление толерантности в обществе.

«Верующего не должен оскорблять Гагарин. Ученого не оскорбишь Иисусом — сейчас ведь уже не СССР. По-моему, получилась очень толерантная, но в то же время вызывающая на диалог работа. И я не делал зла церкви. Если и сравнивал их героя, то только с позитивным героем — Гагариным».

Искусствовед рассказал о выставке Дмитрия Пригова
Культура и шоубиз 13 апреля 2015, 14:16
Кирилл Светляков, куратор выставки, искусствовед, заведующий отделом новейших течений Государственной Третьяковской галереи

В музей современного искусства PERMM 15 апреля прибывает выставка «Дмитрий Пригов: от Ренессанса до концептуализма и далее». Благодаря активности вдовы художника Надежды Георгиевны Буровой и Prigov Fondation выставки Дмитрия Александровича, в отличие от скучных мемориальных «персоналок», стали своего рода полигоном для отработки кураторских стратегий. И это лучшим образом соответствует характеру и направлениям деятельности Пригова. О творчестве художника «Пермской трибуне» рассказал Кирилл Светляков, куратор выставки, искусствовед, заведующий отделом новейших течений Государственной Третьяковской галереи.

— Выставок, посвящённых творчеству Пригова, было уже много, но интерес к нему не угасает. Когда мы начали делать выставку в Третьяковской галерее, мне приходилось слышать скептические реплики типа: «А что вы будете показывать на том же самом материале?» В результате выставку посетили более 70 000 зрителей, и некоторые из них приходили по два-три раза, что вообще большая редкость для посещения выставок современного искусства.

В строгом смысле наследие Пригова — это архив, состоящий из текстов и графических работ, хотя среди них есть крупноформатные образцы, так сказать, произведения «монументальной» графики. Этот архив допускает разные формы репрезентаций, «переводы» в другие медиа, игру с контекстами. Я больше скажу, в ряде случаев этот «перевод» необходим, иначе работы не будут работать. Например, знаменитые стихограммы можно представить как серию графических листов, как страницы поэтического сборника или даже в виде архитектурных фантазий. Неслучайно после выставки в ГТГ некоторые стихограммы были размещены на фасадах многоэтажных домов в Беляево.

Итак, Пригов допускает «переводы», допускает «выход в город». Его серия эскизов на тему Малевича — таких как «Ухо Малевича», «Смерть Малевича» — очень заводит молодых граффитистов. И это несмотря на относительную герметичность приговского мира, который далеко не сразу впускает в себя. Например, западные специалисты сразу реагируют на «банки», «стихограммы», «окошки», поскольку эти работы напоминают им образцы американского и европейского концептуализма. А вот «монстры», «яйца», «мандалы» часто вызывают непонимание, поскольку они связаны со сферой иррационального и не так легко проговариваются и считываются.

Феномен Пригова в том, что он объединяет в себе многие позиции. Он — действительный член сообщества московских концептуалистов, он — классик, Пушкин и Данте наших дней, он — абсолютный аутсайдер, особенно в тех случаях, когда он использует образы и стилистику рисования, характерную для субкультур. В рисунках Пригова легко прослеживаются параллели с визуальными культурами «металлистов», «готов». Ряд изображений, созданных Приговым, легко представить на музыкальных обложках heavymetall. Почему? Потому что они происходят из общего экзистенциального ресурса «страхов и трепетов» ХХ века. Я привезу в Пермь альбомы рисунков одного сумасшедшего физика, в чём-то очень «приговского». Привезу для примера — как образец искусства из той самой маргинальной зоны, которую Пригов соединяет с пространством классической культуры. Здесь надо отметить, что сообщество художников-нонконформистов, к которому принадлежал Пригов, как раз и было сообществом аутсайдеров, было, можно сказать, подсознанием советской культуры. Сейчас представители этого сообщества находятся в статусе абсолютных классиков, всегда награждаемых «за вклад». Их авторитет настолько непререкаем, что критики боятся их критиковать, что те ни сделают — эти кадят фимиам. А ведь это перверсия официоза, и подобные перверсии Дмитрий Александрович исследовал в самом широком диапазоне. И проблема, конечно, не в том, что аутсайдеры стали классиками, это как раз замечательно, проблема — в исчезновении полемики и критики внутри арт-сообщества, вместо этого формируются жёсткие иерархии имён. Такое впечатление, что Пригова все помнят, но все забыли про его критику иерархического мышления, которое по сути своей тоталитарно. В результате мне часто приходится слышать критику тоталитаризма и апологию свободы от людей с тоталитарным и репрессивным мышлением. Небожественная комедия!

Проблема иерархий всегда связана с вопросом о власти и претензиями на власть. В произведениях Пригова эта «власть» интерпретируется в широком смысле — как власть авторитетов, образов, слов, наконец, политическая или божественная власть. Какие могут быть формы поведения, взаимодействия или игры «во власть» при условии, что художник — как независимая и автономная фигура — наделён этой властью изначально? Ведь на своём поле именно художник решает, кто победит сегодня, как в известном стихотворении Дмитрия Александровича «Куликово поле». Поэтому в случае Пригова единственный способ выйти из-под контроля власти — это быть художником, поэтом, деятелем культуры, быть везде и нигде и понимать, что, если ты опознан, ты — мёртв.

Справка «В курсе.ру»:

Дмитрий Александрович Пригов (1940–2007) — один из наиболее значимых деятелей российского искусства XX и XXI веков. Его влияние на российский художественный контекст неоценимо, его стихи звучат на поэтических фестивалях наравне с классиками прошлых веков, его имя известно во всём мире. Пригов, один из основателей московского концептуализма, был по-настоящему универсальным художником, не ограничивающим себя жанровыми рамками: он добился успеха и в живописи, и в поэзии, и в скульптуре, и в искусстве перформанса.

+ Читать еще
Яндекс.Метрика