Лобанов: Я попытаюсь встряхнуть всю нашу медиатусовку

Бывший шеф-редактор ИД «Компаньон» Игорь Лобанов, а ныне советник председателя совета директоров ПФПГ, не ушел далеко от медиа. На конференции Союза журналистов он был избран его председателем. В новой должности Лобанов столкнулся не только с разрозненным медиасообществом, которому предстоит объяс­нить, зачем нужен cоюз, но и финансово-политическими проблемами. «Пермской трибуне» новый лидер журналистов рассказал, на что готов пойти, чтобы их решить. 

— Игорь Вячеславович, насколько я знаю, вы не состояли в Союзе журналистов, как вышло, что вы сразу стали его председателем? 

— Да, я не состоял в Союзе журналистов. Но поскольку в конце декабря принял решение баллотироваться на пост председателя его краевой организации, а для этого необходимо быть членом союза, то 23 декабря я им стал.

— А зачем вам тогда это надо? Выходит, вы не особо разбираетесь, как там всё устроено.

— В общих чертах о том, чем занимается Союз журналистов, я, конечно же, знал. «Новый компаньон» начинал свою деятельность на площадях, которые ему на очень льготных условиях предоставил союз (спасибо ныне покойному Василию Александровичу Мосееву).

Почему я не вступал в союз ранее?  У меня нет внятного ответа на этот вопрос. Например, Валерий Мазанов — член союза, а Дмитрий Овсов — нет. При этом оба — мои ближайшие коллеги и друзья.

В 1990-е годы, когда я начинал свою профессиональную деятельность в качестве журналиста, мне — по молодости и, вероятно, глупости — казалось, что это некий пережиток советского прошлого. Поскольку никто меня за руку туда не тащил и убедительно не объяснял, зачем мне это надо, то и сам я к этому особо не стремился. Но при этом я, безусловно, ощущал себя членом журналистского сообщества, и даже не будучи членом союза, всегда комфортно себя чувствовал в Доме журналистов и в профессиональном сообществе. Короче, я считал своё нечленство в союзе обстоятельством, никак не мешавшим мне быть журналистом.

— На мой взгляд, большая проблема Союза журналистов в том, что молодые кадры тоже не понимают, зачем в него вступать. Вот вы можете объяснить, зачем мне, условно говоря, нужен Союз журналистов?

— Видимо, это и есть одна из моих главных задач — делом и как можно скорее объяснить вам, таким же молодым и глупым, каким я сам был лет 15–20 назад, что Союз журналистов нужен нам всем.

Один из наиболее часто звучащих «аргументов» со стороны записных фейсбучных скептиков: мол, Союз журналистов — это всего лишь собрание ветеранов. Люди, которые так говорят, видимо, думают, что уж сами-то они всегда будут молодыми…

  Сразу после моего избрания на пост председателя, когда участники конференции, коллеги начали ко мне подходить с поздравлениями и напутственными словами, я окончательно убедился, что они остро нуждались в человеке, на которого могли бы возложить свои чаяния и надежды. Так что сейчас у меня нет никаких сомнений в нужности союза. Потому что случись что — такого рода объединение оказывается единственным местом, куда бегут за защитой даже его недавние критики. 

— Какие, например, надежды на вас возлагают?

— Представители муниципальных и районных газет края в своих отношениях с властью зачастую остаются один на один, и им очень трудно. Поэтому они крайне заинтересованы в наличии некоего объединителя и выразителя их интересов. К сожалению, наш союз в силу разных причин нельзя пока назвать безусловно авторитетной и влиятельной общественной организацией. Призванный защищать журналистов, он в настоящее время сам остро нуждается в защите. По-прежнему актуальной для нас остаётся угроза лишиться Дома журналистов на ул. Сибирской, 8. Перед нами стоят очень острые финансовые проблемы и т. д. 

— В пермской журналистике у вас есть авторитет. Но, как я понимаю, с районными газетами вы никогда не взаимодействовали. Планируете поехать по городам и сёлам?

— Да, откровенно признаюсь: я пока слабо представляю себе, как устроены районные газеты в крае. Но уже сразу после избрания ко мне стали один за другим подходить «районщики» и коротко рассказывать о том, какие у них проблемы, чего они от меня ждут. Проехать по редакциям и познакомиться с ними лично — это было бы супер. Вряд ли это получится реализовать в ближайшее время в полной мере, но я буду к этому стремиться. Я готов вникать в проблемы коллег, искать пути их решения и всемерно им помогать.

— Не получится так, что ваш предшественник Ольга Лоскутова по факту будет выполнять всю работу, а вы будете исполнять представительские функции и взаимодействовать с чиновниками?

— Именно так и получится, я надеюсь! Переложить большую часть общения с чиновниками и прочими разными высокопоставленными фигурами на меня — это как раз было одной из целей, которыми руководствовалась Ольга Лоскутова, когда звала меня на своё место. По-видимому, ей такая деятельность не слишком комфортна или же она просто-напросто от неё устала. В то же время с «районщиками» у неё выстроены давние отношения. Поэтому я попросил Ольгу остаться в союзе — с тем, чтобы налаженная текущая работа не развалилась. Считаю, что уходить ей сейчас окончательно из союза было бы неправильно. Поэтому в ближайшее время расклад будет таким: Ольга Лоскутова станет исполнительным директором СЖ, а я займусь решением наиболее острых внешних проблем, начну поиск денег, ну и попытаюсь встряхнуть всю нашу медиатусовку.

— После избрания вы сказали, что готовы взаимодействовать с заместителем главы администрации губернатора Кириллом Маркевичем, отвечающим за работу со СМИ. Почему, будучи редактором «Нового компаньона», вы не готовы были с ним сотрудничать? Что изменилось?

— Прежде всего хочу заявить, что я нигде и никогда не говорил, что не готов сотрудничать с Кириллом Маркевичем. Моё упущение состоит в том, что я позволил возникнуть этому стереотипу и дальше пустил процесс на самотёк.

В «Новом компаньоне» я, по большому счёту, отвечал сам за себя. У меня было своё представление о том, какой должна быть редакционная политика, и я эту линию гнул, как сам считал нужным.

Союз журналистов — это уже нечто другое. У меня, конечно, есть своё мнение, но я теперь должен высказывать его крайне осторожно, понимая, что медийное сообщество очень разнородно. У меня теперь нет права иметь «любимчиков» и «нелюбимчиков» среди СМИ. Хотя будучи редактором, я мог себе такое позволить.

Считаю, что в своей новой должности я обязан предпринять все усилия для урегулирования любых возникающих конфликтов и должен попытаться сделать всё, чтобы прийти к разумному взаимодействию, в том числе и с Кириллом Маркевичем. Но — так, чтобы и журналистское сообщество не теряло лица, и он мог выполнять свои обязанности эффективно. Надеюсь, Маркевич согла­сится, что худой мир лучше доброй ссоры.

— Одна из причин конфликта, разгоревшегося между Ольгой Лоскутовой и Маркевичем, — его решение не использовать союз в качестве посредника для распределения денег для СМИ. Как я понимаю, сейчас у союза проблема с финансовым ресурсом. Как вы будете её решать? 

— Да, при распределении госзаказа для СМИ Кирилл Маркевич решил поменять одного посредника, который ему почему-то не понравился, на другого. И вот буквально на днях эта ситуация начала стремительно раскручиваться. По редакциям районных газет разошлось предложение от некоего ООО «КП — Прикамье» о необходимости заключения с ним договоров. Чем это ООО, созданное месяц назад, и, возможно, аффилированное самому Маркевичу, лучше, чем Союз журналистов, никто никому ещё внятно не объяснил. Он это свое решение аргументирует тем, что расходы бюджета в этом случае будут ниже, но пока это всего лишь слова. 

При этом уже ясно, что предложения, которые редакции многих газет края получили от ООО «КП — Прикамье», для них, мягко говоря, катастрофичны, и в одиночку они не знают, как им с этой ситуацией справиться. Это, кстати, к вопросу о том, зачем нужен союз.

Да, моё видение способов финансирования СМИ расходится с видением Маркевича. Но я понимаю, что приписываемый нам с ним конфликт (если он вообще есть) мало чем угрожает мне лично, но может сильно навредить тем, кого я призван защищать.

Возвращаясь к вопросу о том, как я буду привлекать деньги. Полагаю, что Союз журналистов вполне мог бы стать эффективным рекламным агентством. У нас уникальная ситуация — есть прямые отношения со всеми СМИ Пермского края. У нас в этом смысле есть очевидные преимущества. Мы должны также активизировать работу по проведению семинаров, пресс-конференций, заняться оказанием других, профильных для союза услуг, которые могут принести прибыль. 

— Вы планируете привлекать средства спонсоров? Какие-то переговоры по этому вопросу вы уже провели?

— Да, буду. И соответствующие переговоры я уже начал вести.

— Некоторые наблюдатели считают, что должность председателя союза для вас, по сути, — выход на пенсию. А как вы это оцениваете?

— Уже с первых дней работы в этом качестве мне стало ясно, что никакой «пенсии» мне тут не светит. Лёгкой прогулки для меня не будет. Это точно. Но я и не искал себе тёплого местечка, поскольку ранее достаточно активно работал журналистом и редактором, и от отсутствия работы мне пока что физически плохо. Да и нынешняя ситуация в мире, в стране, в крае не позволяет расслабляться никому. Никакой сладкой жизни, короче. Впереди меня ждёт очень много шишек, «приветов», сложностей, борьбы. Не то что бы я к этому стремился, но когда Ольга Лоскутова внезапно предложила мне подумать о том, чтобы возглавить союз, я понял, что в моём нынешнем статусе, когда я уже не загружен каждодневной работой в редакции, было бы неправильно сказать: «Разбирайтесь сами со своими проблемами, а я в сторонке постою и посмотрю, как у вас получится». В общем, тёплого местечка я себе не ищу. Чего я точно не хотел бы для себя, так это менять журналистику на пиар. В то же время и в редакторах я уже подзадержался.

— Тем не менее ваш уход из «Нового компаньона» многие интерпретируют как размен. 

— Я понимаю, что со стороны это выглядит именно так, и «это всё объясняет». Такая трактовка моего ухода укладывается в массовое конспирологическое сознание. Теории заговора вообще гораздо интереснее прозаичных причин. И если бы это произошло с кем-то другим, я бы тоже ни за что не поверил, что тут не обошлось без некоего торга. На самом деле, конечно, всё проще. Слухи о том, что Кирилл Маркевич требует моей отставки, стали мне известны ещё летом. Я ушёл в ноябре. Это что, он так долго стучался во все ворота, требуя моей отставки? Кому хочется так думать — пусть. Я же точно знаю, что Кириллу Маркевичу просто повезло, что я решил сменить фронт работ.

— Вы сказали, что не хотите менять журналистику на пиар. А на политику? Не хотите пойти в депутаты, например?

— Я уже принимал участие в выборах Законодательного собрания в 2011 году. Тогда я, напомню, шёл в краевой парламент по спискам Народного фронта по Кировскому району Перми. Как выяснилось позже, даже шансы на избрание у меня были. Впрочем, особых надежд на свою победу я не возлагал, это был просто интересный опыт.

— Но сейчас у вас есть необходимые ресурсы для кампании — финансовые, политические. Почему бы не продолжить развитие в этом направлении?

— Честно: я сейчас не могу сказать в ответ на этот вопрос ни «да», ни «нет». Возможность есть. Захочу ли я ею воспользоваться? Пока я сам себе не ответил на этот вопрос. В моей новой должности мне ещё предстоит самому себе ответить на многие вопросы.

— Какие, например?

— Ну хотя бы — на какие компромиссы придётся пойти для достижения той или иной цели? В моей личной жизни, в моих принципах насколько это будет для меня допустимо? Для меня очевидно, что такие ситуации возникнут.

— А если возникнет такая ситуация, что Кирилл Маркевич готов будет начать с вами работать, но вам придётся поступиться своими принципами, участвовать, например, в коррупционных схемах?

— Я этого не буду делать ни при каких обстоятельствах.

— А если это будет выгодно Союзу журналистов?

— Это не может быть выгодно Союзу журналистов. Никакие незаконные схемы не могут быть выгодны. И даже обсуждать это нет смысла.

 

Беседовала Юлия Усольцева

Редакция «В курсе.ру»
Редакция «В курсе.ру»

Поделиться:

Последние новости