Художники из Европы устроят пикник в пермском музее

Известные европейские мастера инсталляции Герда Штайнер и Йорг Ленцлингер изучили пермский колорит и собрали материал для будущей работы. Уже в конце этой осени в Перми может появиться нечто внушительное, а сам музей превратится в место для пикника.

Герда Штайнер и
Йорг Ленцлингер
 — мастера экспрессивной инсталляции, которые в своих экологичных работах преследуют сразу несколько целей. Во-первых, всегда оживляют пространство, делая его более игровым и насыщенным, а во-вторых, задают «вечные» вопросы о проблемах мироздания, в напоминании о которых мы так нуждаемся: достаточно ли живого в наших лесах? Управляем ли мы машинами или машины управляют нами? Здоровы ли мы и наш разум? При этом художники предлагают и решения этих проблем: в их инсталляциях в буквальном смысле хочется остаться жить.

Каждая новая их работа всегда уникальна. Это не тот случай, когда художник рождает идею, а затем ищет место для ее реализации. Это история о том, как автор «переживает» действительность, создавая коллаборацию из местного колорита и своих ощущений, становится проводником между окружающим настоящим и миром художественной иллюзии.

26 февраля художники завершили свой «трип» по Пермскому краю и встретились с жителями города, рассказав о своих работах и мировоззрении. И безусловно, заинтриговав перспективами будущей работы. «В курсе» удалось пообщаться с именитыми мастерами.

— Мы знаем, что вы совершили поездку по Перми и Пермскому краю. Расскажите, где вы были, что вас впечатлило, что может вдохновить на работу?

Герда: Необходимо время… Время для развития идей…

Йорг: Но у нас была незабываемая неделя. Музей (прим.ред. — PERMM ) организовал для нас очень насыщенную экскурсионную программу: мы увидели множество других музеев, выехали за город, были на Масленице в Хохловке…

Герда: Мы ездили по полям и лесам, ощутили пространство, расстояние между населенными пунктами. И сделали это сейчас, зимой. Нам хотелось сделать это именно сейчас, а не летом, чтобы ощутить пространство в это время, поскольку наша выставка будет проходить зимой.

— Уже известно когда?

Герда: Мы вернемся в ноябре снова, чтобы приступить к работе над инсталляцией. И в начале декабря мы презентуем наш проект.

В настоящий момент у нас много впечатлений, особенно интересной показалась нам история Перми от пермского периода до настоящих дней.  Думаю, мы постараемся провести параллель между этими временными контекстами. Нам также понравился паблик-арт в Перми…

Йорг: Нам показались эти проекты очень интересными, при этом — высокого качества. Признаюсь, мы не ожидали увидеть здесь проекты такого уровня.

— А что больше запомнилось?

Герда: Мы запомнили все из них…

Йорг: Из окон нашего отеля мы видели стену, расписанную художниками с проекта «Длинные истории Перми», также запомнилась «Большая П»…

Герда: Я думаю, «Большая П» — очень сильная работа, она — манифест настоящего и будущего, она не смотрит назад. Мне кажется важной мысль, которую транслирует этот арт-объект, — жить настоящим.

Йорг: А еще мы, конечно, не осознавали, что Европа настолько большая… Когда мы рассказывали нашим друзьям, что едем в Пермь, они абсолютно не понимали, где это находится и что это будет собой представлять. Пять лет назад мы впервые побывали в Москве и тогда впервые ощутили расстояние в России: мы летели всего три часа, но казалось, что все находится намного дальше.

Герда: Хочется отметить также, что мы здесь познакомились с большим количеством добрых и хороших людей. Посетили детский сад и начальную школу. Мне очень нравится воображение детей…

— В ваших работах с кристаллами есть очень много сильного розового, такой выбор цвета чем-то обоснован?

Йорк: Да, розовый — отличный цвет, он очень «живущий». Мы используем эти кристаллы повторно, мы можем их растворить и окрасить в другой цвет, но не делаем этого. Они остаются такими розовыми. Возможно, в Перми мы поработаем с солью:  в вашем регионе очень много соли, а мы в своих инсталляциях часто ее используем.

— Сколько живут ваши инсталляции и сколько они стоят?

Герда: Они живут ровно столько, сколько может позволить музейная площадка. Обычно от трех до шести месяцев.

Йорк: Из-за того, что мы ничего не продаем, так как наши инсталляции исчезают по завершении работы выставки, мы просим выплачивать нам что-то вроде зарплаты. Чаще всего это небольшие суммы, которые соотносятся с зарплатой обычного работяги — плотника или столяра. Мы не можем просить много, если вы, конечно, не банк (смеется).

Герда: Даже сейчас уже вы можете написать, что зрители могут готовиться к пикнику…

— Пикнику?

Герда: Да, пусть приносят с собой еду, которую можно будет попробовать прямо здесь, в музее, на импровизированном пикнике…

Йорк: Нам нравится создавать инсталляции, в которых можно провести достаточно большое количество времени, где можно расслабиться.

— Вы привлечете кого-нибудь к созданию работы или будете творить вдвоем?

Герда: Мы не сможем создать работу вдвоем, нам необходима помощь людей, но мы пока не можем сказать, какого рода она будет, потому что окончательной идеи будущей инсталляции еще нет. Конечно, было бы здорово, если бы многие люди смогли бы принять участие в создании этого проекта, тогда бы он буквально врос в пространство своими корнями.

Редакция «В курсе.ру»
Редакция «В курсе.ру»

Поделиться:

Последние новости

Пермяки «поймают сеть» на трех участках трассы Пермь — Березники

Краевые власти готовы потратить на проведение связи 10 миллионов рублей

Сбербанк повысил процент на ипотеку

Банк изменил условия вслед за изменением ключевой ставки Центробанком

Теперь россияне могут знать, кто читает их WhatsApp

Полезной информацией поделился известный IT-специалист

Volkswagen презентует обновленный кроссовер-бестселлер

Tiguan вновь выйдет на российский рынок с полным приводом