Геннадий Тушнолобов: В оппозиционерах я никогда не был

Председатель правительства Геннадий Тушнолобов — пожалуй, один из немногих, если не единственный, пермских политик со стажем, оставшийся в исполнительной власти региона. Как ему работается с приезжими коллегами и правда ли его судьбу Виктор Басаргин обсуждал с Вагитом Алекперовым? Ответ на эти вопросы  в большом интервью «Пермской трибуне».

— Геннадий Петрович, сразу спрошу о кризисе. Правительство предполагает рост социальной напряжённости, выход людей на улицы?

— Такого, как в 1990-е годы, не будет. Понятно, кто-то пострадает, кто-то выиграет. Как всегда. Но в целом больших изменений в социальном плане у людей не будет. По отдельным предприятиям, возможно, не будет индексироваться заработная плата. Отдельные меры социальной поддержки, которые сегодня существуют сверх требований законодательства, возможно, будут сокращены. Но всё, что прописано в Федеральном законе, в Пермском крае будет в полном объёме выполняться. В том числе все указы президента.

У нас сегодня есть небольшие сомнения по реализации дорожной карты в части строительства детских садов, потому что пока окончательного варианта федерального софинансирования мы не имеем. Оно, видимо, будет позже. Единственное, что тут нужно отметить: по уровню повышения заработной платы в образовании и здравоохранении мы уже достигли нужных показателей и шли даже опережающими темпами. Сейчас темпы будут более сдержанными.

Сложнее будет ряду предприятий, у которых сегодня так или иначе в структуре себестоимости присутствует валюта. Либо импортные детали, либо запчасти, либо сырьё, связанные с импортом. Им можно только посочувствовать. Главная проблема сегодня у предприятий — это нехватка финансовых ресурсов на пополнение оборотных средств и выполнение инвестиционных проектов. И какое-то время эта проблема будет довлеть над экономикой.

Сегодня мы прогнозируем увеличение безработицы на 1 %. И даже один процент нас волнует. И под этот процент у нас — целый раздел программы. И в 2015 году наверняка мы получим очень серьёзный федеральный финансовый ресурс в размере 1 млрд рублей.

— Вы были мэром Соликамска. Насколько угрожающая сегодня ситуация там с провалами?

— Есть опасения по Березникам. Поэтому создана программа по переселению 13 тыс. человек. И, слава Богу, вопрос сдвинулся с мёртвой точки. Каждый день мне идёт отчёт, и в режиме онлайн я наблюдаю, что там происходит. Что касается второго рудоуправления в Соликамске, то я знаю, чем там всё закончится. Потому что я очень хорошо знаю «Сильвинит», это моё родное предприятие. Там очень много вопросов, на которые ответы только предполагаемые. Вариант затопления рудника может состояться через год, может через пять лет. Сегодня приток 60 кубометров. Это немного. Рудник работает. Меры по безопасности в первом рудоуправлении выполнены в полном объёме. Опасность людям не грозит.

Я полагаю, первое рудоуправление будет работать до конца выработки запасов. На втором рудоуправлении неплохие инженеры. Там даже при затоплении части рудника можно будет пользоваться другой частью шахтного поля. И этих запасов хватит на 35 лет. Поэтому сейчас всё будет зависеть от того, как организуют работу специалисты «Уралкалия». К сожалению, квалифицированных специалистов становится всё меньше. И это самая большая проблема. Сейчас же любят управлять с помощью менеджеров. Но такой профессии никто не знает.

— Пермский край, как и многие другие регионы, остро нуждается в поддержке моногородов. Но правительство не подавало заявку в Фонд развития моногородов, которым сейчас руководит Дмитрий Скриванов. Почему?

— Нам надо разобраться вначале с теми проектами, которые были ранее, по другим госпрограммам. Да, мы столкнулись там с проблемами. Например, некачественная проектная документация по Чусовому, недобросовестный подрядчик. Но мы за полгода планируем закончить все начатые проекты и подготовить новые.

Вы знаете, что мы спорили раньше с Дмитрием Станиславовичем. У нас разное воспитание и разные этапы в жизни, но это не значит, что мы должны жить, как кошка с собакой. И мы не живём, как кошка с собакой. Общаемся. И когда я был секретарём регионального отделения партии, а он руководителем общественной приёмной лидера «Единой России» — это был пик самых наивысших достижений партии в Пермском крае. Я его поддерживал. И он это знает.

— Я вас наблюдаю с 2000 года. И тогда вы очень активно противостояли исполнительной власти, в том числе губернатору. Теперь вы сами работаете в исполнительной власти. На тот момент, когда вы противостояли, это что было? Оппонирование конкретной личности, Юрию Трутневу? Или депутатское стремление контролировать власть?

— Если вы спросите у всех, кто работает в Пермском крае, про личность Тушнолобова, то вам скажут, что это самый неконфликтный человек в политике. И я никогда в конфликтах не был. В оппозиционерах я тоже никогда не был. Ни при одном губернаторе. Просто я всегда старался очень серьёзно изучать документы, которые находились в Законодательном собрании. Моя биография позволяет мне видеть более широкий круг вопросов, чем у некоторых депутатов. Я никогда не стеснялся пользоваться советами помощников. Всегда вступал в дискуссию, а не в оппозицию. Оппозиция — это когда нажимают кнопку «против» и говорят «нет».

— Но вас ведь очевидно не любили, когда вы вступали в эти самые публичные дискуссии с исполнительной властью!

— А почему у меня тогда до сих пор хорошие отношения с (Юрием) Трутневым, с (Олегом) Чиркуновым?.. У меня хорошие отношения с Виктором Фёдоровичем Басаргиным. С Николаем Бухваловым. С (Валерием) Сухих. Можете спросить. Позвоните прямо при мне и спросите, проблем нет. Я до сих пор хорошо общаюсь с Аркадием Каменевым, хотя мы были соперниками на выборах мэра Перми в 2000 году. И я могу перечислить ещё много фамилий, которые сегодня журналисты считают моими противниками.

 — Но всем известно, что, когда вы возглавляли региональное отделение «Единой России» в крае, у вас было жёсткое противостояние с Олегом Чиркуновым.

— В чём?

— Одно время давление со стороны губернатора на вас было очевидным. Разве нет?

— Тем не менее мы с ним встречались каждую неделю. И обсуждали проблемы. И если уж мы выясняли отношения, то один на один. Не выпуская пар на широкую публику и не рассказывая, какие мы хорошие или какие мы плохие. И у нас действительно были всякие разные разговоры.

То есть это был не переход на личности и не конфликт?

— Конечно. Когда я возглавлял партию, Олег Чиркунов был губернатором, в 2008 году мы организовывали избирательные кампании президента и депутатов Государственной думы и набрали один из лучших показателей в России. Так это что, противостояние?.. И во всех этих разговорах о противостоянии я стараюсь подтолкнуть собеседника к итогам. Если бы мы были с губернаторами в противостоянии, то, наверное, он бы не заходил ко мне сейчас и не здоровался бы. Мы общаемся. Олег Анатольевич ко мне в кабинет заходит. И заходит в кабинет к губернатору. Нормально!

— Недавно в СМИ прошла информация о покупке вам и губернатору за 270 тыс. рублей криптофонов якобы для общения с президентом. Вам действительно нужна такая техника?

— А вы с какой целью интересуетесь?

— Бюджетные траты…

— Я вам скажу, что траты на губернатора и председателя правительства — мизерные. У меня зарплата 137 тыс. рублей, у губернатора — чуть больше. Губернатор, председатель правительства и руководитель администрации — одни из самых низкооплачиваемых людей во власти.

— У министров что, выше?

— Ну, у них там надбавки. Но примерно около того.

— Вы не пожалели, что ушли из «Лукойла»?

— Кто ушёл с «Лукойла», всегда жалеет.

— Из-за зарплаты?

— Не только. Там очень хороший коллектив. А вдвойне хороший — на «Лукойл-Пермь». И там люди действительно зарабатывают. И там действительно мотивация для тех, кто работает много и долго.

— Есть такая информация, что недавно прилетавший в Пермь президент «Лукойла» Вагит Алекперов якобы имел разговор с губернатором о вас. Что он якобы вас поддержал, сказав, что Тушнолобов обязательно должен остаться на посту. Это так?

— Они эту тему точно не обсуждали. Вагит Юсуфович меня всегда поддерживал. Он ценит кадры, которые с ним работали десятилетиями, но никогда не вмешивается в политические дела, особенно в регионах.

— Тем не менее риски увольнения для вас остаются?

— Работа председателя правительства всегда связана с массой рисков. Если сидеть и думать, что тебя завтра уволят, поменяют — это неправильно. Если человек имеет способность руководить, имеет необходимые знания и опыт, если есть люди, с которыми он работает, то, наверное, он будет работать, а не думать о том, уволят или не уволят. Как только ты начинаешь думать о личных вещах, ты перестаешь дорабатывать в вопросах, непосредственно касающихся твоего функционала как руководителя.

Наталья Жукова

Редакция «В курсе.ру»
Редакция «В курсе.ру»

Поделиться:

Последние новости