Ирина Колущинская: «Пробка», как разруха, — в голове

Каково ехать из Перми в Кунгур на автомобиле, знают десятки тысяч человек: в районе 27-го км пробка чудовищная, часто — километров на 10-15. Люди проклинают строительство федеральной трассы, известной как Сибирский (Кунгурский) тракт. Недавно стало известно, что ситуацией на этой стройке заинтересовалась Генпрокуратура, что, конечно, не может не радовать. Но она, к сожалению, дорог не строит. А ехать надо. Попробуем разобраться с этой «пробкой».

Коротко говоря, готовые два участка этой трасы делятся на «чиркуновский» и «басаргинский». А по сути, эту дорогу с 13 по 21-й км и с 27 по 33-й км строили пермские дорожники, причем качественно, экономно и в срок. Около Бершети (Звездного) «пермская» дорога закончилась, и губернатор Басаргин разрезал в этой связи ленточку. Дело было в конце августа прошлого года. По этому поводу было масса красивых телесюжетов. А по факту получается какой-то «конец географии», потому что эта дорога стоит уже год фактически пустая: очевидцы утверждают, что, кроме губернатора с ножницами, ленточкой и его свиты, там никого не бывало.

Дело в том, что с 33 по 47-й километр, то есть до Кукуштана, дорогу должно осилить некое ХМДС — ханты-мансийские дорожники, и планируется закончить эту стройку только в конце осени 2017 года. А с 21 до 27-го километра эту трассу строит ЗАО «СУ №1» из Москвы. При этом компетентные «дорожные» источники говорят, что эта организация имеет тесную связь с ЗАО «Аэродромдорстрой», которое по ребрендингу теперь называется «МДС-групп». Почему информированные источники к тому же считают, что это «СУ №1» имеет отношение к московскому мэру, не знаю, а потому об этом не говорю. Что касается «МДС-групп», то это организация, в сущности, тюменская. Это я знаю точно, потому что знакома с людьми из числа топ-менеджеров этой фирмы. Известно также, что министр транспорта Пермского края Алмаз Закиев тоже прибыл к нам из Тюмени.

И вот на этой части многострадальной трассы автомобилистов и ждет засада: «СУ №1» строило-строило, но не достроило. Официально во всем виноват кризис: деньги закончились. И не то что бы совсем закончились — «оборотных средств не хватает». И строители как бы совсем ни при чем. Как говорится, только разбежались, а земля-то и кончилась. А на местности неудобоваримой дороги — кусок в несколько сотен метров (!). Скорость движения падает до пары километров в час, пробка — в километры, народ сатанеет. Особо от того, что рядом — встречная полоса новой дороги, по которой никто навстречу пробке не едет. Водители и пассажиры на всю катушку клянут гаишников — кой черт они там просто так стоят!? Неужели нельзя «по встречке» ритмично пропускать транспорт, есть же понятие реверсивного движения… И в итоге из-за пробки по этой встречной полосе поехал бывший полицейский. И его убили. Убийство ничем оправдать нельзя. Но разъяренная толпа, даже выстроенная в линейку по дороге, смертельно опасна. Тем более что массовый черный стрессовый негатив на этой дороге возникает систематически.

Если потребовать решение этой ситуации от краевых чиновников, они обидятся. И обижаются: мол, они-то здесь при чем? Не они проводили конкурсы на строительство клятой дороги, не они отодвинули пермских дорожников от пермской дороги, не они устроили кризис и не региональные деньги простаивают на уже построенной дороге. Неординарная, к тому же еще и федеральная ситуация, так что с них взятки гладки.

Да ничего подобного! Эта дорога — на нашей земле. И страдаем на этой дороге прежде всего мы, пермяки. Региональная власть необходима именно для того, чтобы находить неординарные решения неординарных проблем или по крайней мере высидеть, вымучить, выдавить в Москве ее решение. А прежде всего надо включить мозги и подумать о людях, которым эта дорога — качественная, в срок и без смертоубийства — позарез нужна.

…Муниципальный автомобильный мост через Каму должен был вдвое уже, и если бы так случилось, мы уже давно задохнулись в такой пробке. Лидер Пермской области Б. В. Коноплев головой рисковал, пробивая в Москве строительство на этом мосту трамвайные пути, идущие в никуда. И на перспективу спас город от транспортного коллапса.

Когда шло строительство федеральной трассы Москва – Самара – «Большая Волга», за ее 600 км, от Бронниц до Пензы, отвечал В. А. Лазуткин. Мы с ним много лет дружны. И я видела, как в рамках строительства этой трассы без единой лишней копейки Лазуткин дополнительно построил 21 км асфальтированной дороги, которая соединила села Мордовии с мордовскими селами Мокшанского района Пензенской области. Об этом очень просили тогдашний мордовский президент и пензенский губернатор. Высидели втроем эти руководители немыслимое решение: ну какой мог быть «сельский асфальт» такого километража в начале нулевых?! Однако построили 21 километр, нашли неординарное решение.

А у нас заноза на Кунгурской дороге всего метров 400-500. При этом замечу: пермские дорожники, строя эту дорогу, на миллиард рублей сэкономили федеральные средства. Уже одного этого достаточно, чтобы не только не клянчить необходимую «оборотку», а требовать решения «узкого вопроса» на злосчастной дороге. Так что «пробка» — не на этой дороге: она — как та разруха, которая не в клозетах, а в головах пермских краевых руководителей.

Редакция «В курсе.ру»
Редакция «В курсе.ру»

Поделиться:

Последние новости